В группу стран с высоким уровнем коррупции (3) входят гиганты развивающегося мира – Китай, Индия, Бразилия; ЮАР – единственная страна Африки, имеющая экономику постиндустриального типа; Греция; Мексика – наиболее коррумпированная из стран, входящих в Североамериканскую зону свободной торговли (НАФТА); претендующая на вступление в Евросоюз Турция; около десятка бывших социалистических стран – от Чехии до Монголии; около 30 развивающихся стран Азии, Африки и Латинской Америки – Кувейт, Египет, Намибия, Коста-Рика, Тунис и т. д. Общее число стран с высоким уровнем коррупции превышает 50.

Чрезвычайно высоким уровнем коррупции (4) отличается наиболее многочисленная группа стран современного мира. Это – подавляющая часть республик бывшего СССР, включая Россию; несколько балканских государств – Босния и Герцеговина, Македония, Сербия и Черногория; Аргентина, 100 лет назад входившая в дюжину наиболее преуспевающих стран мира; страны-экспортёры нефти – Венесуэла, Ливия и Нигерия; огромное большинство стран, которые относят к «периферии» мирового хозяйства – от Судана и Непала до Йемена, Гаити и т. д. Всего же в 80 странах мира уровень кор-

География теневого сектора современного мирового хозяйства часть 3Рис. 10 Уровень коррумпированности стран мира, 2005 г.

рупции можно определить как «чрезвычайно высокий» (Рис. 10).

4. Выявлен комплекс процессов, определяющих ускоренный рост теневой экономики в современную эпоху, как в масштабах мирового хозяйства в целом, так и на нижестоящих иерархических уровнях: развитие «сервисной» экономики и информационного общества, глобализация, международные миграции населения, новое международное разделение труда, экономический крах «социалистической системы».

Во-первых, это перенос центра тяжести экономической жизни в сферу услуг (на долю услуг в настоящее время приходится до 62% валового мирового продукта), где, судя по многочисленным признакам, удельный вес теневого сектора, как правило, выше, чем в сфере материального производства. Это связано со специфическими особенностями «сервисной экономики», сравнительно латентной по своей природе, которая производит «нематериальную» продукцию и является источником «невидимого» экспорта.

Во-вторых, это информационная революция, повсеместно транслирующая образцы массовой культуры и породившая в периферических зонах мирового хозяйства так называемый «демонстрационный эффект». Стремление копировать западные потребительские стандарты и имитировать «голливудский шик» в бедных странах стимулирует производство и потребление товаров-подделок, нелицензионных продуктов и т. п. Официальные производители отчасти в этом заинтересованы, так как изготовители контрафактной продукции выполняют за них черновую работу: осуществляют первичное вложение капитала в нарождающиеся рынки, рекламируют товарные знаки, знакомят потребителей с новыми видами продукции, формируя первоначальный спрос.

В-третьих, современные информационные технологии служат эффективным инструментом теневого бизнеса. Появление всемирной сети Интернет привело к созданию «виртуального» экономического пространства и развитию электронной коммерции. Перемещение товаров и услуг по каналам «всемирной паутины» сложно контролировать, они зачастую просто неуловимы для целей налогообложения и статистического учёта. В итоге, 50-65% всего проходящего по Интернету трафика приходится на контрафактный «контент», а 36% реализуемого в мире программного обеспечения продаётся с нарушением авторских прав. К категории «пиратского» относится 22% программного обеспечения, устанавливаемого в США, 29% – в Великобритании, 31% – в Швейцарии, 87-88% – в России и Индонезии, 91% – на Украине.

В-четвёртых, теневая экономика в её нынешнем виде является порождением процессов глобализации, охвативших мир в последней четверти ХХ века. В эпоху, когда силы пространственного трения, тормозившие прежде движения товаров, капиталов, услуг и рабочей силы из одной страны в другую, значительно ослабли, новую динамику обрели и явления теневой экономики, проявившие свой глобальный характер. Не случайно теневая экономика рассматривается в качестве одной из г л о б а л ь н ы х проблем современности. Либерализация международных экономических отношений расширила возможности для вывоза «теневых» капиталов, торговли нелицензионными продуктами, для «серого» импорта и т. п.

В-пятых, в современную эпоху рост теневой экономики в развитых странах, где проживает «золотой миллиард», связан в том числе с её «импортом» из остального мира, где этот феномен представлен в избытке. За последние 30-40 лет доля только легальных иммигрантов в численности населения развитых стран выросла вдвое, в подавляющем большинстве это выходцы из развивающихся стран, где неформальная экономика нередко сопоставима по размерам с официальной. Рост национальных диаспор в передовых странах Запада, и особенно рост численности нелегальных иммигрантов, создаёт «питательную среду» для развития теневого бизнеса, имеющего зачастую этническую окраску. В этом явлении присутствуют черты столкновения культур, традиций, цивилизаций.

Развитие оффшорных зон, новое международное разделение труда, связанное с переходом развивающихся стран к стратегии промышленного экспорта, широко практикующийся «аутсорсинг» – всё это также источники роста теневого сектора мирового хозяйства в современную эпоху. Но главная, институциональная, причина кроется, по-видимому, в усиливающемся противоречии между глобальным характером экономики и локальными принципами налогообложения.

Наконец, это переход от плановой экономики к рыночной во многих странах Европы и Азии, который сопровождался расцветом теневого бизнеса, ставшего своеобразным «демпфером», смягчившим для населения тяготы переходного периода. Вопреки распространённому прежде мнению о том, что с легализацией рыночных отношений неофициальная коммерческая деятельность канет в небытие, произошло обратное. В период становления капиталистического рынка и на фоне глубокого экономического спада мы стали свидетелями взрывного роста теневой экономики.

5. На современном этапе мирового развития существует тесная взаимосвязь между глобальным процессом урбанизации и повышением роли теневой экономики в хозяйственной жизни.

В 2006-2007 гг., согласно предварительным данным, свершился так называемый глобальный урбанизационный переход и численность городского населения Земли превзошла общее число сельских жителей. Движущей силой этого перехода являются переживающие демографический «взрыв» развивающиеся страны, которые вот уже несколько десятилетий определяют динамику всемирного процесса урбанизации. Если в 1970 г. в развивающихся странах проживало 50% всех горожан, то в настоящий момент – более 2/3, а ещё через пятнадцать лет, согласно прогнозам, их доля вплотную приблизится к 80%.

Итак, важнейшей особенностью всемирного процесса урбанизации является то обстоятельство, что в настоящее время 90% всего прироста городского населения мира приходится на развивающиеся страны, где «излишки» сельского населения – многие миллионы людей, страдающих от латентной безработицы в деревне, – устремляются в города. Процесс этот во многом носит характер «ложной» урбанизации, не обеспеченной адекватной занятостью в промышленном производстве или в сфере услуг. Феномен этот, известный и прежде, приобретает сегодня несравнимо большее звучание, учитывая нынешнюю роль развивающихся стран в росте городского населения мира.

Экономические и социальные условия в городах развивающихся стран объективно создают условия для роста теневой экономики в разных формах. Города, особенно крупные города, являются средоточием нерегулируемой хозяйственной деятельности, производства контрафактной продукции и т. п. Ярким примером тому служит крупнейший в Азии район трущоб Дхарави в индийском городе Мумбай (бывш. Бомбей), где проживают свыше полумиллиона человек. Поскольку «неформальные» рабочие места, согласно имеющимся оценкам, обеспечивают заработком весьма значительную, а иногда и преобладающую часть трудоспособного городского населения в развивающихся странах (75% в Чёрной Африке, 30-50% в Латинской Америке и т. д.), описанные процессы, в большей или меньшей степени, влекут за собой и рост теневой экономики в мировом масштабе – в тесной взаимосвязи со всемирным процессом урбанизации.

Таким образом, географическая распространённость коррупции как экономического и социального явления весьма широка. 85% населения Земли проживает в условиях, когда уровень коррупции высок (3) либо чрезвычайно высок (4), и она является неотъемлемой частью повседневной жизни. Эти условия господствуют в 134 из 180 обследованных стран мира. С другой стороны, 77% официального валового мирового продукта производится в остальных 46 странах, которые относятся к категории наименее коррумпированных (1) или со средним уровнем коррупции (2).

ВЫВОДЫ, СОСТАВЛЯЮЩИЕ ПРЕДМЕТ ЗАЩИТЫ

1. Одной из отличительных особенностей современного этапа мирового развития является опережающий рост теневой экономики по сравнению с экономикой официальной. О динамике теневого сектора мирового хозяйства во времени можно судить по весьма репрезентативной информационной базе, охватывающей 145 стран мира. Итоги обработки экспертных данных по этим странам свидетельствуют о том, что теневая экономика в период с 1990 по 2005 гг. росла примерно на 1/5 быстрее, чем официально регистрируемая, и её размеры увеличились с 13% до 16% их официального ВВП. Поскольку на долю 110 стран, по материалам которых проводился анализ, приходится 97-98% валового мирового продукта, полученные результаты в полной мере отражают ситуацию в мировом хозяйстве в целом.

2. Теневая экономика – чрезвычайно важный элемент хозяйственной жизни, сопоставимый по размерам с традиционными объектами изучения экономической географии и требующий безусловного учёта в мирохозяйственных исследованиях. Полученные результаты свидетельствуют о том, что добавленная стоимость, создаваемая в теневой сфере мирового хозяйства, составляет примерно 7 трлн долл. (2005 г.), то есть равна совокупному официальному ВВП Японии и Германии или 55% ВВП Соединённых Штатов Америки на соответствующий год. С точки зрения производимой добавленной стоимости, теневая экономика вдвое превосходит мировое сельское хозяйство, отражённое в официальной статистике (на долю сельского, лесного и рыбного хозяйства в настоящее время приходится 7,7% валового мирового продукта).

3. Сложившийся в глобальном экономическом пространстве географический «рисунок» теневой экономики имеет выраженную концентрическую структуру. Полученные, с учётом экономических «весов» отдельно взятых стран, результаты свидетельствуют о том, что при переходе от «центра» к «полупериферии» мирового хозяйства размеры теневой экономики относительно официального ВВП возрастают более чем вдвое, при переходе от «полупериферии» к «периферии» прирост менее выражен и не превышает 30%.