Сыр-Дарья. Большая, полноводная река начинается на высоких сыртах Тянь-Шаня. Она несет свои воды через обширную Ферганскую долину, по равнинам Казахстана и, разливаясь по дельтовым потокам, кончает свой длинный путь в Аральском море. Вокруг реки сверкают на солнце бесчисленные озерки, протоки, старицы, шелестят тростники, точно зеленое волнующееся море.

Когда в 1857 году Николай Алексеевич Северцов попал сюда из Оренбурга, он записал в дневнике:

«Сильная, свежая растительность окружает эти разливы, тихо шепчутся над ними громадные камыши… с темной зеленью тополя, с мелкой серебристой листвой джидды… А как чист и легок весенний воздух; звучнее, чем у нас, раздается уже в начале апреля голос соловья в… усеянных нежно-розовыми, крупными цветами чашах!.. А животная жизнь! Так и кипит на этих берегах. Что за разнообразие, что за множество птиц! На каждом шагу вылетают фазаны из колючки… Величаво парят над Дарьей орлы-рыболовы в пышном наряде юга… Да не только птицы! Тут и звери не нашим чета. Прекрасен и грозен, могуч и неуловимо-проворен, как восточный удалец-наездник, кроется в чащах сырдарьинской долины тигр, сторожа неуклюжего кабана, статного оленя или черноглазую красавицу, стройную, воздушно-легкую дикую козу, родную сестру воспетой азиатскими поэтами газели».

Птицы на берегах реки Аму-Дарьи. (С гравюры XIX века.)

H. А. Северцов. (С фотографии.)

Жизнь Николая Алексеевича Северцова прошла в путешествиях и исследованиях.

Он родился в 1827 году в семье подполковника в отставке, участника Отечественной воины 1812 года.

Северцов получил прекрасное образование — он свободно владел многими европейскими языками, увлекался литературой и живописью, но более всего в молодости его интересовала жизнь животных. В университете Северцов усердно занимался зоологией и стал натуралистом.

Девять лет он изучал позвоночных животных Воронежской губернии. В результате этого кропотливого и долгого труда он написал замечательную книгу — «Периодические явления жизни зверей, птиц и гад Воронежской губернии». За эту книгу ему присудили ученую степень магистра и дали премию.

Кокандский воин.

В 1857 году Николай Алексеевич едет в Туркестан — на Сыр-Дарью, знакомится с животным миром этой неизвестной тогда страны. Средняя Азия еще не вся входила в состав России. Отдельными среднеазиатскими ханствами управляли ханы, эмиры, беки. Наиболее сильным ханством было Кокандское.

В одной из экскурсий, когда Северцов отдалился от основного отряда, на него напали вооруженные кокандцы. Они искололи ученого пиками, порвали ухо и увели к себе. Целый месяц находился в плену неустрашимый путешественник. Раны болели, но все же медленно заживали. Северцов более всего горевал о разбитых очках. В схватке с кокандцами они сломались. Без очков он не мог хорошо рассмотреть пролетающую мимо птицу или быстро юркнувшую за камень ящерицу.

Когда Северцова отпустили, он не отказался от дальнейших путешествий. Ознакомившись с равнинами Казахстана, изучив Устюрт, долину Сырдарьи и районы Южного Казахстана, он стал мечтать о поездке в глубь горной части Средней Азии. Он уже видел в синеве далекого горизонта хребты Тянь-Шаня.

Казалось, Северцов должен был быть плохим путешественником. Близорукий, чрезвычайно рассеянный, всегда думающий о чем-то своем, сокровенном, мог ли такой человек быстро ориентироваться, наблюдать, подмечать все, что встречается на пути? Однако Северцов был замечательным исследователем. Он очень любил природу, всей душой был предан науке, и это толкало его в далекие и неизвестные края.

В 1864 году Северцов опять отправился в экспедицию в Туркестанский край — в горы Тянь-Шаня. Экспедиция была началом больших путешествий, выполненных по поручению Русского Географического общества в последующие годы.

Северцов изучает долину реки, Чу, хребет Киргизский Алатау и другие горы Западного Тянь-Шаня. В 1866 году он отправляется снова странствовать по Тянь-Шаню. Однако военные действия в Средней Азии заставили его скоро возвратиться обратно. Только в 1867 году он смог пройти по своему основному маршруту — из Верного через хребты Тянь-Шаня в котловину Иссык-Куля и отсюда внутрь Тянь-Шаня. Он прошел через мощный снеговой хребет Терскей Алатау, за которым открылись высокие холмистые равнины, лежащие на высоте 4000 метров над уровнем моря. Это были холодные тянь-шаньские сырты. Вот как красочно описывает их путешественник:

«Гряда за грядой поднимались покрытые густым пожелтевшим дерном холмы, как взволнованное море; как пена на волнах, белели на них полосы снега.

На озере Иссык-Куль. (С фотографии.)

Что дальше, то выше поднимались холмы, все уступами над взволнованной степью, чаще и чаще становились на них снежные полосы, и широкой дутой замыкали горизонт с востока, юга и запада огромные зубчатые хребты, покрытые уже сплошным снегом; но и те поднимались все волнистыми уступами. Солнце склонялось уже к закату, и освещенные снега дальних хребтов горели расплавленным золотом, рядом с которым тем холоднее казались густые, пурпурно-синеватые тени снежных же лощин».

Северцову полюбилась природа Тянь-Шаня; он внимательно изучал животных и растительность. Часами, несмотря на холод и разреженность воздуха, он рисовал строгие и величественные горные пейзажи.

Три года провел Северцов в горах и равнинах Средней Азии и закончил свой путь в Ташкенте, который к этому времени был уже присоединен к России. Большие коллекции привез путешественник из Тянь-Шаня: 3000 экземпляров растений, а птиц, шкурок животных еще больше — 4000.

В 1874—1875 годах Северцов опять поехал на юг — в область междуречья Аму – и Сырдарьи.

Наконец, в 1877—1878 годах Северцов, уже пожилой человек, отправляется еще в одно большое путешествие — на Памир. Здесь он работает как географ и натуралист. Результаты этой экспедиции были замечательными. Благодаря Северцову наука получила достоверные сведения о Восточном Памире, до этого путешествия совершенно неизвестном.

В 1879 году Северцов последний раз едет в Туркестанский край, в его восточную часть — Семиречье.

Разрез новейших формаций у озера Иссык-Куль.

Ледник Северцова. (С фотографии.)

Северцов оставил нам несколько больших книг. Его сочинения оказались настолько интересными, что и теперь, спустя 70—80 лет после их издания, они находят своих внимательных читателей. Таковы работы: «Поездки в западную часть Небесного хребта», «Путешествия по Туркестанскому краю», «Орографический очерк Памира», «Вертикальное и горизонтальное распределение туркестанских животных».

В этих книгах Северцов высказал идеи, которые теперь кажутся обычными и простыми. Он впервые рассказал о горных поясах Средней Азии, об изменении природных условий в связи с изменением высоты над уровнем моря. Он рассмотрел животный мир Средней Азии в сравнении с животным миром окружающих ее стран и в зависимости от природы Туркестанского края. Он всегда стремился изучать природные явления в их взаимной связи: животных в связи с окружающей их природной средой, растения в зависимости от почв, климата, рельефа. Это был новый метод познания природных явлений. Чаще они изучались изолированно друг от друга.

Северцов был последовательным дарвинистом. В 1875 году он посетил в Англии Чарльза Дарвина, который тепло отзывался о его работах.

Он был первым крупным русским ученым, работавшим в области зоогеографии. Ему принадлежит замечательный труд — «О зоологических (преимущественно орнитологических) областях внетропических частей нашего материка», где он рассмотрел распространение многих видов животных с учетом географических условий, в которых они находятся.

Умер Северцов в 1885 году. Смерть его была случайна. Он ехал в коляске, запряженной тройкой. Дорога извивалась по берегу Дона. При впадении речки Икорец в Дон дорога пересекала по льду глубокий затон. В одном месте лед не выдержал тяжести лошадей. Они провалились в пучину, увлекая за собой коляску. Спутники Северцова вплавь добрались до берега, сам же Николай Алексеевич, одетый в тяжелую зимнюю шубу, начал тонуть. Его вытащили на берег, но идти Северцов не мог. Его охватила большая слабость, он упал и, не приходя в сознание, скончался.

Северцов — один из тех замечательных русских ученых-натуралистов, которые оставили глубокий след в географии и общей биологии. Его путешествия в Среднюю Азию явились эпохой в науке. Он прокладывал пути последующим исследователям этой интересной, но в то время труднодоступной страны.

Имя Северцова присвоено высокому пику хребта Петра 1 в Таджикистане и двум ледникам в горах Средней Азии.

Очень часто задержка яйца в яйцеводе — результат неправильного содержания: ограничения подвижности птицы, ее переохлаждения, а также недостатка в пище витаминов, макро- и микроэлементов — марганца, кальция.

Скорлупа яиц состоит из кальцита — одной из кристаллических форм карбоната кальция. Сырье для кри- сталлов кальцита — ионы кальция и карбонат-ионы поступают из плазмы крови.

Так называемая матка птиц — предпоследний отдел яйцевода — очень обильно снабжена сосудами. И содержание кальция в крови падает, когда она проходит через матку во время образования скорлупы, и не меняется, когда яйцо в матке отсутствует.

В период размножения концентрация кальция в крови у самок намного больше, чем у самцов и неразмножающихся птиц. А избыток кальция практически весь оказывается связан со сложными белками, которые являются также одной из составных частей яичного желтка и которые синтезируются в печени.

Образование яйца у птицы происходит в яичнике и

яйцеводе.

1 — фолликул, 2 — зрелое яйцо, 3 — воронка,

4 — основная часть яйцевода, 5 — матка, 6 — прямая кишка, 7 — клоака

При прохождении крови через матку в плазме падает концентрация как кальция, связанного со сложным белком, так и кальция в виде ионов. Эти две формы кальция находятся в равновесии друг с другом и, судя по всему, концентрация ионной формы восстанавливается за счет кальция, связанного с белком.

Карбонатионы обязаны своим происхождением ферментам, разным у разных птиц, которые в большом количестве содержатся в клетках, выстилающих стенки матки. Сульфаниламидные препараты, особенно некоторые из них, очень сильно подавляют активность этих ферментов, соответственно — и образование кальцинированной скорлупы.

Если птица в период размножения заболеет и ее станут лечить сульфаниламидными препаратами, особенно в дозах, превышающих необходимые, толщина скорлупы ее яиц уменьшится. Может образоваться даже яйцо, лишенное скорлупы.

Непосредственным источником кальция является кровь, а первичным — пища. Однако когда скорость поглощения кальция маткой становится больше, чем скорость его поступления из кишечника в кровь, дефицит восполняется за счет высвобождения кальция из костей скелета.

Птицы способны мобилизовать менее чем за день до 10 процентов своего костного материала: в полостях большинства их костей для этой цели возникли специальные образования. Но такие образования есть только у самок, и появляются они только в период размножения, точнее, в самом его начале.

Во время откладки яиц особое костное вещество то I быстро разрушается, то быстро восстанавливается. Контролируют это, скорее всего, околощитовидные железы, в задачу которых входит регуляция концентрации ионов кальция.

Когда содержание кальция в плазме снижается, па-ратиреоидный гормон, вырабатываемый этими железами, высвобождается и вызывает рассасывание костной ткани. В кровь поступают ионы кальция, и концентрация их восстанавливается.

Поэтому если у птицы есть отклонения в работе околощитовидных желез, у нее могут возникнуть затруднения и в откладке яиц.

Кальциевый обмен у птиц нарушают также пестициды — ядохимикаты для борьбы с сорняками и вредителями. Даже ничтожные количества веществ, оказавшихся в пище птицы или используемых для уничтожения насекомых в клетке, вызывают истончение скорлупы.

Яйца с непрочной скорлупой большинство птиц откладывают с трудом. Сложности возникают, и когда яйцо оказывается вовсе без скорлупы.

Признаки болезни. При задержке яйца птица, вся распушенная, сидит на краю гнезда, на жердочке или на дне клетки, может даже лежать ничком. Она подергивает хвостом, тяжело дышит, может пищать. Низ брюшка у нее припухший, покрасневший.

Лечение. Тампоном, смоченным жидким парафином, массируют легкими круговыми движениями участок вокруг клоаки, осторожно нажимая на брюшко. Можно делать массаж брюшка пальцем, направляя яйцо к клоаке.

Чтобы яйцо легче продвигалось к ней, в нее вводят 1—2 капли (мелким птицам) теплого растительного масла, лучше оливкового. После этого начинают массировать брюшко птицы, очень осторожно пытаются заставить яйцо выйти из яйцевода.

Однако использовать этот способ довольно опасно, лучше приберечь его на крайний случай. Дело в том, что,

несмотря на все старания, можно раздавить скорлупу или, когда ее нет, тонкие оболочки, что обычно приводит к гибели птицы.

Следующий способ лечения менее опасен и зачастую заканчивается благополучно. Птицу пересаживают в другую, маленькую, клетку, на дно ее кладут влажную ткань. Рядом с клеткой ставят настольную лампу мощностью 40 — 60 ватт. Ставят ее так, чтобы температура в той части клетки, где находится птица, была 28 —30С, для волнистых попугайчиков — до 32С.

Корм и воду нужно поставить на дно клетки, поилка и кормушка должны быть низкими, поскольку возможен паралич ног птицы из-за сдавливания яйцом окончаний нервов.

Более высокие, чем обычно, температура и влажность оказывают стимулирующее действие на организм птицы, способствуют выхождению яйца из клоаки.

Можно воспользоваться и таким способом лечения. Как и в предыдущем способе, сначала в клоаку вводят немного растительного масла. Делается это очень осторожно, с помощью стеклянной лопаточки, которой закладывают мазь за веко.

Бывает, что яйцо задерживается не в яйцеводе, а в клоаке, и оно видно. В таком случае края клоачного кольца осторожно смазывают мягкой кисточкой так, чтобы масло проникло и внутрь: между стенкой клоаки и поверхностью яйца.

После этого на брюшко капают холодную воду, для усиления сокращения мышц, и быстро помещают птицу в тепло: заворачивают в прогретый шерстяной шарф или платок и кладут на теплую грелку. Можно посадить птицу в маленькую клетку с мягкой тканью или ватой на дне под электрическую лампочку — 25 — 45 ватт.

Время от времени на клюв птицы капают воду, чтобы она пила.

Супружеские отношения у белоспинных дятлов выдержаны в традициях домостроя. Пары сохраняются из года в год и проявляют многолетнюю привязанность к постоянным участкам. В роли главы семьи всегда выступают самцы. Хозяйственные хлопоты — в основном удел самок, а участие в подобных делах самцов всегда менее выражено и подвержено влиянию настроения. Наиболее ощутим их вклад в насиживание кладки и выкармливание птенцов.

Белоспинный дятел — житель пойменных лесов из ольхи и древовидной ивы. В ряду сородичей он известен как один из лучших «плотников», так как добывает насекомых под корой деревьев и в толще древесины. Открыто живущих насекомых, в том числе муравьев, он употребляет в пищу редко. К шишкам этот дятел абсолютно равнодушен. Его отличает также миролюбивый характер, который позволяет на одном дереве трудиться сразу нескольким птицам, способным за короткое время дочиста ошкурить внушительный ствол.

• Дупла белоспинных дятлов находили на высоте от одного до пяти метров. Глубина дупла — примерно 30 см, а диаметр летка 4-5 см. Подстилки, кроме древесной трухи, остающейся от долбления, в гнездовой камере не бывает.
• В кладке белоспинного дятла 4-5 яиц, покрытых блестящей белой скорлупой. Их насиживание занимает около двух недель.
• Весной во время интенсивного сокодвижения у деревьев белоспинные дятлы часто пьют березовый сок, проделывая дырки в коре верхней части стволов. Дырки располагаются рядом друг с другом вокруг ствола, поэтому в народе говорят, что дятлы «кольцуют» деревья.

Рис. 2. U-Pb диаграммы с конкордией для циркона и бадделеита из базитовых даек, Кировогорское месторождение.

Рис. 3. Микрофотографии цирконов из габбро-норитовых даек. Слева – Е-31 (морфотип 1; РЭМ-фото, размер кристалла 100 мкм), справа – КГ-96-8 (морфотип 1; снимок в иммерсии, размер кристалла 100 мкм).

Рис. 4. U-Pb диаграмма с конкордией для циркона из тоналитов (темные квадраты) и лептитов (темные овалы), вмещающих ПЖФ Кольского полуострова.

Рис. 5. Изохрона Герлинга-Хоутерманса (сплошная линия; Т=2750±40 млн. лет, СКВО=1.1) для валовых проб тоналитов фундамента (точки №№ 1-9), плагиоклаза из алюмосиликатного гнейса (№ 10), галенита (№12) и карбоната (№11) из железистых кварцитов, а также изотопный состав свинца плагиоклазов из амфиболитов (№№ 14-15) и диопсида из железистых кварцитов (№ 13). №№ 1-9 – скважины по профилю через Оленегорскую структуру, коллекция П. М.Горяинова (Пушкарев и др., 1979); №№ 11-13 – коллекция Н. Л.Балабонина (Пушкарев, 1990). Номера точек соответствуют пробам из табл. 3.

Рис. 6. Типичная для железистых кварцитов структура развития магнетита по диопсиду. Северное тело Кировогорского месторождения, гор. 185, коллекция автора (зарисовка шлифа выполнена Г. Ю.Иванюком). Белое – кварц, черное – магнетит, крап – диопсид, штриховка – актинолит.

Рис. 7. Вариации содержаний породообразующих элементов относительно состава амфиболита в единице объема на идеализированном петрохимическом разрезе железорудной формации Кольского полуострова (1 – амфиболит, 2 – амфибол-биотитовый гнейс, 3 – силлиманит-мусковитовый гнейс, 4 – силикатный железистый кварцит, 5 – магнетитовый железистый кварцит).

Рис. 9. Результаты численного моделирования по стресс-сдвиговому преобразованию амфиболита. На графиках приведены концентрации породообразующих компонентов в атомных количествах. t — безразмерное время, r – безразмерное расстояние.

Рис. 10. Результаты численного моделирования процессов в системе “магнетит-ферросилит Fe2+-Fe3+” с равномерным исходным распределением компонентов. Показаны безразмерные концентрации Fe2+,Fe3+ (справа) и пространственное распределение магнетита в безразмерных единицах (слева) t – безразмерное время, r – безразмерное пространство.

Таблица 1. Изотопные U-Pb данные для акцессорных минералов Оленегорской рудной структуры (пробы без спецификации минерала состоят из цирконов).

1. Отношения скорректированы на холостое загрязнение и на масс-дискриминацию; 2. Коррекция на примесь обыкновенного свинца определена на возраст по модели Стейси и Крамерса (Stacey, Kramers, 1975); 3. Введена поправка на изотопный состав плагиоклаза из дайки Кировогорского месторождения: 206Pb/204Pb=14.32±0.02; 207Pb/204Pb=14.82±0.01; 208Pb/204Pb=33.43±0.02.

Таблица 3. Изотопный состав свинца пород и минералов железорудной формации Кольского полуострова.

Акула или кит? Несмотря на название, это, конечно, акула с любой точки зрения и самая крупная из ныне живущих рыб. Но она так велика и массивна, что мореплаватели часто принимали ее за другого морского гиганта — кита.

Кроме размеров, китовая акула обладает еще одним общим признаком с этим морским млекопитающим: в горле у нее на уровне жаберных дуг есть приспособление, функция которого сравнима с функцией китового уса. Этот фильтр, образуемый складками из мягкой губчатой ткани, держится на хрящах, соединяющих жаберные дуги. Он пропускает воду, но задерживает планктон и мелких рыб. Подсчитано, что китовая акула, перемещаясь со скоростью 3,5 километра в час, фильтрует примерно два миллиона литров воды в течение часа.

Китовая акула (Rhincodon typus)

Такой же хищник, как и все ее сородичи, китовая акула, однако, ест только очень небольшую (относительно ее собственных размеров) добычу: креветок и других ракообразных, рыб типа сардин, мальков и личинок. И она совсем не похожа на заядлого охотника.

Безобидный гигант. Кажущаяся апатичной, китовая акула лениво плавает у поверхности океана с широко раскрытой пастью, засасывая мелких животных, находящихся в воде. Ее рот, расположенный в средней, а не в нижней, как у других акул, части головы, может «распахнуться» на метр и даже больше. Китовая акула обладает и зубами, расположенными в 310 рядов на каждой челюсти, из которых только 10 или 15 рядов функционируют одновременно. Но эти зубы совсем небольшие (1,5 миллиметра). В общем, несмотря на все свои грозные атрибуты, китовая акула совсем не агрессивна: это абсолютно мирный гигант.

Иногда, китовые акулы приближаются к берегу, но обитают только в открытых морях тропических широт. Поэтому их поведение плохо изучено. Тем не менее, известно, что они довольно общительны — люди встречали и многочисленные группы китовых акул.